От Diligent-59 Послать личное сообщение Ответить на сообщение
К alexku69 Информация о пользователе Ответить по почте
Дата 25.08.2019 09:28:19 Позвать санитаров Версия для печати
Рубрики Курск; Игнорировать ветку Найти в дереве

Re: Капитан Колесников...

Здравствуйте всем.
Несколько впечатлений после просмотра «Неудобной правды….».
1. Фильм понравился обывателю, а значит, получился и достиг своей цели.
Лейтмотив отзывов: «Молодец Алексей. Наконец-то нам все стало понятным». «Во всем повинно разгильдяйство».
2. Если знать некоторые реальные подробности, фильм производит тягостное впечатление. И это вполне понятно, поскольку замешан на безграничном вранье от Рязанцева с примесью мелкой лжи от Милашиной и технически безграмотных комментариев самого ведущего.
К сожалению, проделав большую работу и сделав самый сложный (как Пивоваров сам его оценивает) фильм, он так ни в чем и не разобрался. Или наоборот – отработал заказ под заданный результат. Сыграл на опережение. Получилась «Удобная ложь о гибели «Курска».
3. Если бы это кино комментировал Климов, разнес бы на 10 листах. Не меньше.
У меня нет особого желания делать «поэлементный» разбор этого шедевра, поскольку псевдоэкспертный бред и выдумки сложно комментировать.
Только 2 момента для примера.

Рязанцев, 23:25. «Мичман Ильдаров не смог подключить торпеду к системе контроля загазованности. Пригласил торпедиста с другой подводной лодки, которая стояла рядом. … Не было ни командира БЧ-3, ни флагманского специалиста, а был один старшина команды….».
Что имеем в действительности. Числившийся на должности КБЧ-3 «Курска» к-л Т-н занимал ее лишь номинально, поскольку имел проблемы с алкоголем и на службе не появлялся. К-р К-141 нашел замену – ст.л-та А. Иванов-Павлова, КБЧ-3 с Б-534 «Нижний Новгород» пр. 945А. Б-534 с октября 1997 г. после аварии с паропроизводящей установкой была поставлена на прикол и в море не выходила. Последнее обстоятельство, полагаю, и позволило Г. Лячину забрать Иванова-Павлова в свой экипаж.
Старшина команды торпедистов ст.м- А. Ильдаров с 1981 года проходил службу на ПЛ пр. 671РТ, в штатный боекомплект которых входили торпеды 65-76, которые мало чем отличались от модифицированных 65-76А. Т.о. Ильдаров имел почти пятнадцатилетний практический опыт эксплуатации и применения торпед на сильном окислителе. Затем он обучался в Обнинске в составе экипажа «Курска», где прошел курс теоретической и практической подготовки на тренажере особенностям эксплуатации торпед 65-76А на ПЛ 3 поколения и сдавал зачеты на допуск к этому виду оружия. В декабре 1999 г. со всем личным составом БЧ-3 7-й ДИПЛ, в т.ч. и БЧ-3 «Курска», было организовано дополнительное теоретическое обучение по эксплуатации как самих торпед 65-76А, так и СКО со сдачей соответствующих зачетов. Обучение проводилось представителями ЦНИИ «Гидроприбор». После этого Рязанцев хочет сказать, что он Ильдаров ничего не знал и не умел?
Должность флагмина в 7-й ДИПЛ, в которую входил «Курск», была вакантной. Штатный флагмин был снят за пристрастие к спиртному, а его помощник направлен на учебу в ВМА. Из-за этого в штабе 7-й ДИПЛ минных командиров не осталось. В связи с этим погрузку перекисных торпед на К-141 по устному распоряжению зам. флагмина 1-й флотилии контролировал флагмин соседней 11-й ДИПЛ кап-2 Алексей Кондратенко. Ввиду проблем со штатным флагмином 7-й ДИПЛ он давно исполнял и свои и чужие обязанности.
20 июля на К-141 загрузили 2 боевые 65-76А. Руководил погрузкой новый к-р БЧ-3 Иванов-Павлов, хотя в этот день ФОРМАЛЬНО он еще не имел назначения на должность командира БЧ-3 АПРК «Курск», а «по бумагам» на этой должности еще числился к-л Т-н (его отстранили от должности 22.07.2000). Т.о. и.о.флагмина и командир БЧ-3 при погрузке были, но Рязанцев прикрываясь бумажным нюансом, подтасовал факты.
Обе торпеды 65-76А были сразу загружены в оба ТА 650 мм (№ 3 и № 4). По просьбе А. Кондратенко подключение торпед к системе контроля состояния окислителя (а не загазованности, как у Рязанцева) для подстраховки ПОМОГАЛ выполнить торпедист с другой ПЛ, по званию – старшина контрактной службы. Эту операцию он проделал вместе со старшиной команды торпедистов «Курска» ст. м-ном А. Ильдаровым.
Из показаний старшины контрактной службы: «Около 10 часов мне позвонил флагманский минер кап. 2 ранга Кондратенко, попросил меня помочь личному составу «Курска» подключить систему СКО на загруженные торпеды. Я пришел на «Курск». Две перекисные торпеды были в 3 и 4 торпедных аппаратах. Я со старшиной команды торпедистов поставил 2 клапана дегазации. Они были мной установлены на 3 и 4 ТА. После этого я совместно со старшиной команды убыл в ЦП к ПУ СКО, где я включил каналы № 1 и № 2. Перед убытием я спросил старшину команды знает ли он систему СКО на что он дал мне положительный ответ». Т.о. Рязанцев перепутал – «торпедист» с соседней ПЛ был при загрузке боевых торпед, на всякий случай и по просьбе Кондратенко.
Из показаний видно, что присланный специалист был там лишь в качестве консультанта, поскольку это была первая загрузка, а практически все операции БЧ-3 выполняла самостоятельно. Отличия в подключении отрывного шланга торпеды к клапану дегазации заключаются в том, что для 65-76 (с которыми работал Ильдаров) это нужно сделать через горловину ТА, а на 65-76А – через ЗК ТА, что более просто и удобно. Кто-то скажет, такое отличие требует долгих месяцев подготовки?
Погрузку практической торпеды 65-76А с подключением СКО самостоятельно выполнял л/с БЧ-3. Контролировал флагмин 11 ДИПЛ Кондратенко. Он же потом проконтролировал подключение к аппаратной системе контроля окислителя - все было в порядке.
Т.о., жуткая картина от Рязанцева рассосалась, и осталась вполне понятная для того времени ситуация, которая никаких предпосылок к катастрофе не несла. Тем более, что сам г-н Рязанцев подтвердил – 65-76А с 02.08 по 12.08 находилась на стеллаже (а боевые еще дольше - 23 дня), и с ними все было в порядке.

А. Пивоваров. «Так почему же подводники не воспользовались этим средством? Ответ в записке к-л Садиленко. Они понимали, что при повышенном давлении, которое создалось в аварийном отсеке, свободное всплытие приведет к смерти от кессонной болезни».
Информация неверна. Девятый отсек не пострадал и не был аварийным. А подводники опасались вовсе не ДЕкомпрессии при всплытии, а кислородного отравления при шлюзовании в АСЛ с использованием АГК-смеси (компрессии, как и написано у Садиленко, записку которого демонстрирует Пивоваров, не понимая ее сути), поскольку К-141 лежала на глубине 117 м, а не 108 м.

Если что не так, поправьте.
С уважением,
Diligent-59



Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100